Гармонизирующая сказка «Папирус и Лотос»

Папирус и Лотос

Любовь Папируса и Лотоса была неистовой. Их страсть и нежность, сила и покой, уверен­ность и смирение, слитые в едином потоке, создавали нечто новое, о чем уже знали все. Это новое было историей великой Любви между Небом и Землей, когда все узнали что Любовь — это как глагол. И отвечает на вопрос: «Что ты сделал для своей Любви?» Да, Любовь — не чувство, не эмоция, не состояние. Вернее, не только это, а постоянное действие во имя и для… Любовь — это деяния наши на Земле…

— Ты просто отдавай, делай, решай… — тихо шептал Папирусу Ветер, укачивающий его на берегу могучей реки.

Папирус рос быстро и достаточно быстро погибал от рук человека. Затем каким-то чудом снова появлялся на том же месте, на берегу этой могучей реки, которая разливаясь, наносила на берега слой за слоем плодородный ил. Папирус рос беззаботно и никогда не думал, что эта могучая река делает всех вокруг по-настоящему счастливыми. Из года в год она приносила и приносила сюда в водах своих землю и создавала вокруг благодатную почву для всего живого.

А Ветер шептал Папирусу:
— Ты учись отдавать также осознанно и спокойно, как эта Река. Только так ты сможешь познать истинную любовь.

Папирусу эти слова казались бессмысленными, и он недоумевал:
— При чем тут любовь? Как она связана с отдаванием и жертвоприношениями?

Что-то внутри треугольного тельца Папируса заныло. Так всегда ныло, когда он сомневался. Он даже размышлял часто, почему это у всех растений на берегу круглый стебель, а у него треугольный.

— Узнаешъ! Очень скоро познаешь себя и узнаешь, зачем тебе треугольное тельце, — шеп­тал Ветер Папирусу.

Папирус считал, что полностью отдавать себя, значит приносить в жертву. Он думал, что жертвоприношение всегда сопряжено с болью. И поэтому ему каждый раз было очень больно уми­рать, хотя он и появлялся весной на том же месте и рос, тянулся к солнцу.

Этой весной было все по-другому. Этой весной он рос так быстро, как-будто бы его ждало что-то очень важное, что-то звало его к Солнцу. И когда однажды в лучах утреннего рассвета он увидел на берегу реки маленькие бутоны, острые и упругие, он подумал: «Надо же, чего это мои сородичи решили в этот раз вырасти в воде? Заблудились, что ли?»

— Глупый, это не сородичи твои. Это цветы — прекраснейшие создания на Земле, — шептал Ве­тер и смеялся.

Папирус действительно не заметил, что внутри эти бутоны были белые. И вот они стреми­тельно начинали раскрываться. На поверхности воды нежно раскачивались белые лотосы. Их было так много, что у Папируса снова перехватило дух. Самый большой ему нравился больше других. Тем более, что рос он почти возле самого берега..

«Лишь бы человек, его не сорвал, как это делает со мной. Лишь бы он остался со мной подольше», — думал Папирус, и эти мысли были новыми для него. В его тельце снова что-тo защемило. Правда, он воспринял это уже не как боль, а как какой-то сигнал.

— А ты перестань шуметь и смеяться. Лучше ответь мне, что такое цветы? — обратился Папи­рус к своему другу Ветру.
— Смотри, они похожи на меня. Как и я, они пробиваются из глубин Земли — черной и сухой — к Солнцу, собравшись в тугой пучок. Я преодолеваю столько трудностей только потому, что знаю: на поверхности земли меня ждет живительная влага и теплое Солнце. И всегда еще меня ждешь ты, сильный и веселый. Я верю: все, что мне нужно — собраться с последними силами и ринуться вверх, к вам. И так было всегда. На поверхности земли я получал влагу реки и тепло Солнца, что позволяло мне быстро расти. Ты же знаешь, я расту быстро и всегда ради одной и той же бес­смысленной цели — меня убивает человек. Вот только как я снова попадаю в землю, не помню…

Ветер снова зашумел и рассмеялся.

— Очень скоро все узнаешь. Скоро узнаешь…. Когда любовь познаешь….
Ветер так развеселился, что поднял волны на реке. Папирус начал волноваться: что нежные цве­ты могут, погибнуть, ведь они выросли на зыбкой поверхности реки. У них нет, как у него, кор­ней, удерживающих его за землю во время сезона ветров.

— Прекрати шуметь. Ведь мы с тобой друзья. Не трогай это чудо! Я боюсь за него. — Из последних сил кричал Папирус усиливающемуся Ветру.

— Я шалю! Я его тоже очень люблю. Не бойся, он сильнее чем ты думаешь, — ответил Ветер.
— При чем тут любовь. Я просто волнуюсь за него. — возражал Папирус, а у самого замирало серд­це. — Прошу тебя, успокойся. Давай с ним познакомимся.

— Будем знакомы, -услышал вдруг Папирус. — Я — Солнце на земле! Вернее, его частичка.
— Ты — Солнце, сам Бог? Солнце на земле? Подумать только! — неуверенно промолвил Папирус и подумал, что у этого цветка высокое мнение о себе.
— Да. Я — Солнце и ты Солнце. Просто я об этом знаю, а ты нет, — мило, без обид ответил

Лотос Папирусу.

— Солнце на небе. Я точно знаю, я ведь всегда стремлюсь к нему дорасти. Оно меня ласкает те­плыми лучами и манит к себе. А как ты можешь расти в холодной воде и быть теплым Солнцем? — не понимал Папирус.
— Я расскажу тебе обо всем, что происходит на небе. Я ведь знаю, что все цветы на земле — это звез­ды, которые рассыпались и упали с неба. Все цветы имеют свое предназначение и живут, ради любви.
— Предназначение? Ты хочешь сказать, что и у меня есть предназначение? — уже тихо спро­сил Папирус.
— Несомненно. Слушай.

И Лотос начал свой рассказ.

Цветы существуют для того, чтобы возрождать в человеке чувство прекрасного. Они создают гармонию и красоту вокруг, и каждый из них, даже после короткой жизни, желает принести как можно больше пользы окружающим. Цветы вызывают в человеке много переживаний и чувств. Они создают в душах людей основу для проживания ими состояния высшей любви. Вот, что глав­ное! Люди, созерцая цветы, ощущают в теле тепло и расслабление. Они могут, черпать живи­тельную энергию радости из разноцветных и разноформенных цветов.

Вот, например, нежно-голубые полевые цветы васильки. Они похожи на маленькие звездочки вы­соко в небе. Если их рассмотреть поближе, то можно убедиться, что форма их лепестков точно передает форму звезды. Васильки смиренно украшают дома людей. Век их очень короткий, но они могут стать отличной основой для лекарств и для разных настоев. Они действуют успокаиваю­ще и расслабляющее после перенесенных человеком перегрузок и стрессов.

Розы — царицы всех цветов. Их любят и почитают за величественность и разнообразие. Своим благоуханием они наполняют окружающий мир силой и уверенностью, очищают среду и рас­крывают чувствительность. Розовая вода прекрасно залечивает раны, а розовое масло — лучший помощник женщин в их играх, направленных на очарование.

Ромашки. Похожи на меня и тоже символ Солнца, правда, его нежной и трепетной части. Ромашки считают символом влюбленности и радости в отношениях. Они привлекают людей своими нежными белоснежными лепестками и яркой желтой серединкой, сочетая трепетность и силу. После того как они засыхают, из них делают много настоев от разных болезней. Когда засыха­ют, все цветы умирают. И после смерти цветы хотят приносить пользу людям…

— Ты говоришь после смерти? И в твоих устах это звучит торжественно. Как так может быть?
Я точно помню, что после смерти все кончается, — спросил Папирус у Лотоса.

— Милый, если бы все кончалось после смерти, ты бы сейчас со мной не разговаривал, — спокойно ответил Лотос.
— Скажи, а ты какую часть Солнца представляешь, если ромашка — нежную? — спросил Папирус.
— Скоро узнаешь. Сам узнаешь, когда придет время, — ответ Лотос и продолжил повествование о цветах Земли.

Пышные хризантемы — цветы императоров, поэтому считаются символом богатства и благо­получия, а также долголетия, спокойствия и здоровья. Хризантемы расцветают осенью и про­должают цвести даже зимой, поэтому могут украшать жизнь тогда, когда другие цветы уже исчезают. Они прославляют жизнь яркую и изобильную. Никто не может проживать жизнь праздно, все должны после себя оставлять след в сердцах других.

— А первый весенний подснежник, точно похож на тебя, дорогой Папирус. Хрупкий и нежный одновременно, он первым возвещает приход весны. Подснежник упорно стремится через еше хо­лодную землю к Солнцу, и вся природа радуется его появлению. Когда его видят, то тепло разли­вается по всему миру. И приходит долгожданная весна.

— Я сильный и целеустремленный! А не хрупкий, как подснежник, — сопротивлялся Папирус.
— Не спорь! — резкий порыв Ветра усмирил Папируса. — Ты не знаешь, какой ты хрупкий. Просто не помнишь, как ты ломаешься под гнетом и ударами молотка.
— Это не правда! Я сильный! — злился Папирус и стремился быстро расти, чтоб достичь Солнца на небе.

— Хорошо, сильный! — согласился Ветер, увидев что Лотос замолчал от его порывов и шума.- Продолжай, пожалуйста.

И Лотос продолжил. Когда вырастает незабудка, она фазу же знает, что обречена на долгую жизнь в за­сохшем теле. Поэтому после смерти, когда ее срывают она становится еще ярче. Она прославляет жизнь яркую, долгую память и доброту. Это ее урок миру — быть ярким и радовать всех даже после смерти.

— Разве не достойная смерть во имя жизни и радости? — спросил Лотос у Папируса.

— Да, ты прав. Я многого не знаю. Когда меня срывают и несут в дом, чтоб сделать очень больно, я постепенно все забываю. Я не помню, как после этого попадаю сюда же, на берег реки. Но кое-что я все-таки помню. Меня и моих сородичей, такие же папирусные стебли, разделяют на длин­ные полоски и замачивают в большой чаше с водой. Там мы остаемся на несколько дней, а затем нас извлекают, складывают и сильно бьют молотком. Тут. я теряю сознание и больше ничего не помню. Скажи, Лотос, зачем люди так над нами издеваются?

— Твоя жизнь очень важна и после смерти, ты становишься еще важнее, когда умираешь. Я по­нимаю, что это странно звучит, но ты просто поверь мне. Нужно тебе научиться сохранять осознанность и помнить о своем предназначении, — ответил Лотос.
— Ты говоришь загадками. Какое мое предназначение? — допытывался Папирус.
— Ты должен сам определить, иначе всегда будешь сомневаться. Когда я закончу рассказ о цветах, возможно, и ты осознаешь свое предназначение.
— Продолжай, — попросили Ветер и Папирус.

Вот, например, гвоздика очень похожа на розу, но не такая величественная и самодостаточ­ная. Л причина в том, что это цветок благородства и правды. Гвоздика воспевает новые идеи и украшает баррикады революционеров. Аромат этого цветка, заполняя дом, пробуждает в людях благородные качества: «Вперед! К новому! Бесстрашно вперед!».

— Расскажи о нарциссе. Все говорят о нем только плохое. Неужели он живет только ради себя? Его называют эгоистом, который любит только себя. Это правда? — спросил Ветер. — Где бы я ни летал, везде его не понимают и недолюбливают, а он цветет и пахнет.

— Не все так просто. Любить себя сложно. Мы даже не понимаем, насколько это сложно. Обманы­ваем сами себя, не принимаем свои негативные стороны, вытесняем то, что в себе не нравится, а оно рано или поздно выйдет наружу. Когда истинно полюбишь себя, когда познаешь себя и при­мешь всем сердцем, то и других сумеешь полюбить так же сильно. Любовь — это постоянный труд над собой и над отношениями с другими.

Заметь, нарцисс тоже похож на меня. Он внутри, как и я, золотисто-желтый и имеет нежные белые лепестки… Каждый цветок на земле носит в себе такую яркую желто-золотую серединку, но мало кто, как нарцисс, умеет по-настоящему любить.

— Ты расскажи про свои негативные стороны, которые есть у тебя. Неужели ты такой красивый и чистый тоже имеешь плохие качества? — с недоумением спросил Папирус.

— Да, конечно же. Я преодолеваю серую, грязную и очень вязкую почву, которая покрывает дно реки, для того, чтобы выйти на поверхность. Так выглядят человеческие обиды. Они серые и вязкие и очень сильно искажают восприятие человека. Меня считают символом чистоты и со­вершенства, а я преодолеваю столько грязи на своем пути, что осознаю одно: лишь моя святая вера в то, что я должен выполнить свое предназначение, помогает мне на пути.

— А что символизируешь ты? Мне кажется, ты как-то связан с отношениями между мужчинами и женщинами. Ты такой сильный внутри и нежный по краям, ты преодолел все преграды на пути к поверхности реки и так мудро рассуждаешь.

— Да, я — символ объединяющий, мужское и женское, небесное и земное, духовное и материальное.

Тот, кто стремится к самопознанию, всегда встречается со мной. Меня считают цветком, вы­росшим из хаоса, чтобы осветить мир светом Любви и Благодати. Моя сердцевинка — теплая, как божественный огонь, а лепестки олицетворяют стихию воды. Поэтому я — символ объеди­нения и интеграции, символ Божественного Духа, сошедшего на Землю. Вот видишь, я столько о себе рассказываю, что и меня можно обвинить в эгоизме, как обвиняют нарцисса, — промолвил Лотос и снова замолчал.

— Что ты! Ты так интересно рассказываешь, что мое сердце замирает от восторга. Откуда ты все это знаешь о цветах, ведь они растут по всему миру, а ты появляешься из глубин реки? И в сердце Папируса уже прозвучал ответ: «Лотос — символ высшей мудрости. Это цветок жизни. Я его лю6лю\ Я его люблю!»

Сердце Папируса снова защемило.

— Что это со мной?

— Ты влюбился… — улыбался Ветер. — Теперь и ты познаешь свое истинное предназначение. Любовь Лотоса и Папируса была прекрасной. Все, что слышал Папирус, он впитывал, как губка и так хотел, чтобы весь мир узнал о мудрых рассказах его любимого цветка. И вот опять пришел человек, чтоб вырезать на реке весь папирус. Он собирал и связывал его со­родичей в большие охапки.

Папирус только успел прошептать Лотосу последние слова любви, а Лотос промолвил на про­щание:
— Ты только ничего не бойся. Ты дыши все время светом. Представляй, что дышишь светом, и не будет больно, когда тебя будут бить молотком. Дыши, дыши светлыми потоками и помни о предназначении. А когда ты умрешь, мы снова встретимся. И ты узнаешь настоящую силу Любви. Я люблю тебя! До встречи. Лотос успокаивал своего друга, е его уже уносили в дом, чтобы снова приступить к изготовлению пергамента.

Но в этот раз все было по-другому. Ему не было так больно, он дышал светом. Он все время думал о мудрости и знаниях его любимого цветка. Он жаждал только одного: увековечить эти знания. Его били, а он дышал. Его уложили под пресс, а он не потерял сознание. Он ды­шал светом и помнил о любви к Лотосу. Когда сняли пресс, Папирус удивился: рядом лежал коричневый толстый лист, а он был тонким и бело-золотистым. Он улыбнулся. Кажется, он стал похож на Лотос.

«И это все после смерти. Я тоже символ божественности. Как приятно это осознавать!» — чуть было не крикнул Папирус, но вспомнил слова Лотоса: «Мудрость — тихая и спокойная» А дальше все произошло как обычно. Великие жрецы записывали на золотистом папирусе свои священные тексты. Это были самые благостные минуты жизни Папируса после смертли. Он осознал, что папирус олицетворяет жизнь вечную, жизнь божественную в разных физических формах. Он готов 6ыл теперь приносить в жертву высшей любви свое тело, чтобы истина света и мудрости снизошла на Землю. Папирус служил высшей Любви, кото­рую когда-то в нем пробудил Лотос.

Ulybka-Dushi
Это сказки для детей, которые станут взрослыми и метафорические образы, сохранившиеся в их подсознании, помогут им созидать свою жизнь счастливой, через Любовь, Благодарность и Принятие.

Понравилась статья? Поделитесь ею, пожалуйста, с другими или напишите свой отзыв ниже.

Добавить комментарий

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Scroll Up